— Так сказал доктор. Один из прибывших полицейских тут же отправился за ним. Потом приехала «скорая». А когда раненого увезли, мне пришлось смывать с палубы большую лужу крови…

— На ваш взгляд, как все это произошло?

— Откуда мне-то знать, моссье?

— Но вы же рассказали ажанам, что…

— Я высказал лишь то, что думал на этот счет, не так ли?

— Повторите.

— Предполагаю, что он спал под мостом…

— Но до того вы его не видели?

— Просто не обращал внимания… Ведь под мостами всегда ночуют люди…

— Ладно. Итак, автомашина съехала вниз к воде по пандусу…

— Красного цвета… Уж в этом-то я уверен…

— Она остановилась недалеко от вашей баржи?

Утвердительно кивнув, фламандец рукой указал на место, где видел её.

— Мотор не заглушали?

На этот раз речник мотнул головой отрицательно.

— Но вы слышали чьи-то шаги?

— Верно, моссье.

— Шли двое?

— Я заметил двух типов, возвращавшихся к автомобилю…

— А как направлялись к мосту не видели?

— Я же работал внизу, в машинном отделении, не так ли?

— Получается, что эта пара субъектов, один из которых был одет в светлый плащ, вроде бы пристукнули спавшего клошара, а затем кинули его в Сену?

— Когда я вылез на палубу, тот был уже в воде…

— Медик считает, что при падении в воду клошар не мог бы так пораниться в голову. Как, впрочем, и при нечаянном ударе о бортик набережной…

Ван Хутте смотрел на представителей закона с видом человека, которого это никак не касается.

— Можем ли мы опросить вашу жену?

— Не возражаю против беседы с Аннеке. Только она ничего не поймет, так как говорит только по-фламандски.

Заместитель прокурора взглянул на Мегрэ, как бы интересуясь, нет ли у того вопросов к бельгийцу, но комиссар подал знак, что таковых не имеется. А если и да, то они будут заданы позднее, когда эти господа из магистратуры убудут восвояси.